Дорогой богов. Глава IV

Автор: deep, специально для .ru

Читать предыдущие части

День выдался дождливый и суетный. Зарядило с самого утра, и теперь плотная серая завеса укутывала скалы и деревья, мягко накрывая двор форта – из окна своей комнатки я не мог разглядеть даже ворота. Ллариус с порога огорошил:
— Ты уже слышал?
— О чем?
— В Балморе объявился наркоторговец. Некий данмер. Пришел в город вчера с северо-запада – видимо, от Хла Оуд. В «Южной Стене» он успел распродать около десятка доз лунного сахара, потом попытался торговать на улице, а когда кто-то побежал за стражей – исчез в южной части города. Местная стража особо не усердствовала – дело было уже за полночь, и торчать в тамошних трущобах до утра им, видимо, не хотелось. Вот, полюбуйся!
Ллариус бросил на стол перед собой лист пергамента – донесение начальника стражи Балморы. Бегло просмотрев документ, я поднял глаза:
— Если я правильно помню Договор…
— Ты его правильно помнишь. Эти дела находятся в ведении местных, — теперь Ллариус расхаживал по комнате, являя собой вид раздраженный и сердитый, — Но если мы ограничимся отписками, они оставят все как есть. А терпеть всякую шваль на вверенной мне территории я не намерен!
— Не кипятись. В конце концов, они тоже не заинтересованы в подобных инцидентах. Общественное мнение – это серьезно. Так что давай не будем нарушать установленную процедуру…
— А я и не буду ее нарушать! Где сказано, что командир Легиона должен напоминать местному руководству рамки Договора исключительно в письменном виде? Собирайся, идем в город. Немедленно!
— Ллариус…
— Идем!

Пятнадцать минуть ходьбы – и мы у Западных ворот города. Ливень даже не думал прекращаться, и любая попытка сойти с мостовой грозила превратиться в очень неприятное приключение – раскисшая земля не удержала бы легионера в полном доспехе. А шли мы именно так – с официальным донельзя видом и в промокших насквозь пурпурных плащах. Было довольно холодно. Сегодня приземистое здание городской стражи показалось мне особенно насупленным и грозным.
Небрежно ответив на приветствие часового, Ллариус твердым шагом подошел к двери, за которой обосновался начальник стражи, и громко постучал. Из-за стены послышались неторопливые шаркающие шаги, скрипнули петли, и в дверном проеме возникла массивная фигура начальника.
— Почему без докла… Господин капитан! Проходите, прошу вас! Добрый день, господин лейтенант, — теперь он улыбался.
Мы вошли. Ллариус сел на стул напротив стола начальника, я облюбовал себе стул возле стены. Комната была совсем небольшой, и обстановка, типичная для официальных контор Балморы, делала ее еще меньше – массивный письменный стол встречал вас первым, за ним – кресло хозяина; несколько книжных полок и шкаф с посудой робко выглядывали из углов; стулья же, напротив, стремились привлечь к себе максимум внимания – два перед столом начальника, шесть в ряд вдоль стены. Все предметы обстановки — в сдержанных цветах; преобладание дерева, льна и глины в материалах ласкало глаз. Уютное местечко.
Ллариус хлопнул рукой в латной перчатке по закованному в сталь бедру.
— Позвольте поинтересоваться, уважаемый начальник стражи, как давно вы читали текст «Договора о Ненападении»?
Начальник опустил глаза, потом потер ладони друг о друга и поджал губы.
— Господин капитан, боюсь, что вы неправильно истолковали…
— Мои трактовки – это мои трактовки, не более, но и не менее. Меня интересует одно: вы и ваши люди намерены заниматься этим делом?
— Господин капитан, прошу вас, поймите меня правильно! – начальник выпрямился в кресле и уперся руками в стол, — Мои люди не подготовлены к борьбе с наркоторговцами!
— Еще бы они были подготовлены. До включения Морровинда в состав Империи это происходило здесь легально, так ведь?
Начальник снова помыл ладони воздухом.
— Господин капитан, но… Дом Хлаалу всегда был лоялен по отношению к Империи и ее представителям… Мы первыми запретили торговлю лунным сахаром на наших землях – первыми из всех Великих Домов!
Ллариус улыбнулся.
— Не волнуйтесь так, господин начальник стражи. Я хорошо знаю позицию вашего дома по отношению к Империи, и вовсе не намерен ставить ее под сомнение – ни в чьих глазах. Заметьте – ни в чьих! Сейчас я просто хотел напомнить вам, что, согласно Договору, лунный сахар и все происходящее вокруг него находится в вашей компетенции. Заметьте — в вашей! Так я могу надеяться, что этот вопрос будет решен?
И тут начальник, наклонившись вперед и понизив голос до шепота, сказал — вроде бы Ллариусу, но глядя при этом куда-то в дальний угол комнаты:
— Я сомневаюсь в пригодности моих людей… к этой работе… Подчеркиваю, к этой…
Брови мои поползли куда-то к затылку. Ллариус, судя по хрустнувшим под его пальцами сочленениям перчатки, был удивлен не меньше.
— Позвольте узнать, почему же?
— Вы не поймете, — теперь начальник, по-видимому, отбросил все маски и устало сгорбился в кресле – пожилой данмер, которого одолевают болезни, домашние хлопоты, проблемы на службе, и на улице слякоть, а весной надо внучку замуж выдавать, а тут от собственных людей в любой момент можно ожидать сюрприза, а тут еще и эти имперские сопляки приперлись и выясняют, давно ли он читал Договор… Крючкотворы…
Ллариус твердо усмехнулся.
— Расскажите. Мы попробуем понять.
— Не надо. Это наши внутренние дела. Я бы очень просил вас, господин капитан, взяться за это дело самому. Если можно. Пожалуйста.
Мы неторопливо брели по набережной. Ллариус поднимал с мостовой мелкие камешки и кидал их в воду, я же их просто пинал – куда подальше, с глаз долой.
— Понимаешь, мне не обидно. Вроде бы он победил – но без унижения. Мне… Знаешь, мне стыдно.
Я поднял голову.
— Мне тоже. Он четко и ясно дал нам понять, что мы поднимаем шум там, где это не просто бессмысленно, но и глупо.
— Интересно все-таки… Очевидно, что дело тут не в «подготовке». А в чем? Возможное нарушение Имперского кодекса стражниками? Ерунда. В конце концов, люди дома Хлаалу действительно верны Империи и ее законам. Стража – в том числе. Ну не станут же они прикарманивать конфискованный сахар?!
— Маловероятно. Может, здесь идет речь о нежелании конфликтовать с местными группировками? Может, пока вопрос решается Империей, все тихо-мирно — с ней наркоторговцы разбираться не будут, не по плечу им это, а вот если полезут местные, тут-то им и объяснят, кто есть кто?
— Очень возможно, что и так. Словом, надо бы подсобрать информации по этому поводу. Чую я, что-то здесь есть такое, о чем нам лучше знать, нежели догадываться. Кстати! Когда вернемся, зайди к нашему повару. Может, он сумеет запечь для нас эту жирную утку?
— Пусть лучше зажарит.
Мы засмеялись и ускорили шаг, направляясь к выходу из города.

По возвращении в форт Ллариус развернул кипучую деятельность. Выстроив перед собой половину младших офицеров Легиона, он коротко и внятно сформулировал задачу по отлову торговца:
— …и запомните! Этот тип – нечто вроде бородавки на моей заднице. Чем скорее вы его оттуда уберете и поместите за решетку, тем будет лучше для ваших… Что? Задниц, а не бородавок, Кай! Ясно? За работу!
Я тем временем спустился в кухню. Дождь на улице прекратился, и теперь там царила пробирающая до костей холодная сырость – после нее окунуться в теплую, насыщенную самыми разнообразными (и аппетитными) ароматами атмосферу было особенно приятно. Вокруг трех огромных печей, среди полок с посудой и приправами, между столами и шкафчиками суетилось около двух десятков поварят и прочих подмастерьев – готовился обед для гарнизона. Среди всей этой толкотни я быстро высмотрел нашего повара – человека из местных, который еще при старом начальстве сумел наладить непересыхающий (и широкий) поток информации из окрестных нелегальных источников и получал за это деньги, превосходившие его поварское жалование на пару порядков.
— Чем могу помочь? – здоровяк с обычной для повара фигурой и таким же лицом накрыл крышкой огромную кастрюлю, снял рукавицы и коротко поклонился (ниже не позволил бы живот).
— Слушай и запоминай, — я говорил громко — в вечном кухонном шуме, суматохе и при таком обилии клубов пара подслушать или подсмотреть разговор почти невозможно, — нужны данные о настроениях в балморской страже. Что у них там говорится, делается и даже думается. За срок исполнения в пределах суток получишь двести дрейков. За двое суток – сто, и так далее.
Повар снова слегка склонился и вернулся к работе. Он не сказал ни слова – а если бы и сказал, я бы его не услышал – мои ноги уже несли меня вверх по каменным ступеням винтовой лестницы. Впереди были два часа общей строевой подготовки, а потом еще два – на тренировку владения оружием.

Вечерело. Я задержался на площадке, обнаружив среди новобранцев довольно неплохого партнера для тренировки на коротких клинках — решил немного погонять его, выяснить, что умеет, а заодно и размяться самому. Закончив, мы зашли в казарму, поставили мечи в стойку и умылись.
— …но нижние блоки у тебя все равно хромают… Ладно, пойду я. Послезавтра побьемся?
— Как прикажете, господин лейтенант!
Я ухмыльнулся и показал рукой: «вольно»; мужик был лет на десять старше меня.
Ллариус сидел у себя, потягивая киродиильский бренди из простой глиняной кружки.
— Да вы морально разложены, мой друг! – я уселся в кресло напротив, налил себе, — Это же декадентство – пить бренди по сотне дрейков за бутылку из такой посуды! Провинция на вас плохо влияет!
— На себя посмотри, — Ллариус рассмеялся и, как в детстве, отвесил мне пинка под столом, — кто на днях поперся в караул в парадном плаще? И вообще, ты думаешь, что мы тут надолго сохраним свой столичный лоск? Пооблезем, дружище, и очень быстро. Будут от нас дома воротить нос – мол, мужланы, гарнизонщина, солдафоны… Ведь будут же!
— Будут, — мы чокнулись, и я залпом выпил полкружки, — Еще как. Представляешь, леди Тристания и я – где-нибудь в салоне миледи Ласт, — я взял с тарелки кусок скаттла – местного блюда, напоминающего по вкусу сыр — и аппетитно закусил, — «Ах, Регис, расскажите что-нибудь о вашей службе! Это так романтично!» А я на это: «Конечно! Вот, помню, по дороге в я двое суток блевал без продыху – а потом выхожу из трюма, а вокруг все такое прекрасное, в розовых тонах, и легкий бриз играет с парусом, а где-то справа, из тумана, встает солнце!..»
Ллариус снова засмеялся и откинулся на спинку кресла.
— Помнится, мы приплыли сюда под вечер… Но не суть. Да, а потом ты расскажешь ей, как одним ударом в челюсть свалил семифутового урода – начальника местной стражи – и освободил всех невинно заключенных! – Ллариус расхохотался, — Знаешь, порой мне хочется не возвращаться вовсе.
— Я бы воздержался от таких вот однозначных выводов. Но, черт меня возьми, мне здесь тоже нравится!
Мы выпили, Ллариус разлил по новой.
— Я запланировал на завтра отлов давешнего торговца. За сегодня наши не обнаружили ничего – ни единой зацепки; а оставлять это дело на произвол судьбы мне бы не хотелось. Что-то мне во всем этом сильно не нравится. Кажется, облава здесь будет весьма уместна…
Я посмотрел на него поверх края кружки. Мой друг, а теперь заодно и мой командир сидел прямо, сведя брови, и смотрел куда-то вдаль – этот взгляд был памятен еще с тех времен, когда мы играли в «Покорение Морровинда» и Ллариус не соглашался ни на какую другую роль, кроме роли главнокомандующего. Мне стало смешно.
— Облава – это ты загнул. Он умеет уходить от погонь – по крайней мере, от местных он ушел. Наши ребята потренированнее, но… Вряд ли у нас что-то выйдет, мы лишь напугаем его, и он уйдет в горы. Я бы предложил организовать сеть засад в ключевых точках города – в трактирах, магазинах, зданиях Гильдий; что бы ему ни понадобилось, одного из этих заведений он не минует.
— Сеть засад? Ты рассуждаешь, как ребята из Клинков, — Ллариус широко улыбнулся, — Они тебя, случайно, не завербовали?
— Конечно. Еще в столице. Ты думаешь, они так вот взяли и упустили тебя из виду? Командир гарнизона, как-никак. Вот меня и приставили наблюда… ой!
Командир гарнизона вытащил из-за спинки кресла меч в ножнах и довольно метко запустил им мне в голову. Я увернулся; оставаться в долгу не хотелось, и в обратную полетела жестяная миска. Ллариус ничуть не уступал мне по быстроте реакции, и миска приземлилась в углу комнаты. Мы замерли по разные стороны стола, в упор глядя друг на друга. В какой-то момент стороннему наблюдателю могло бы показаться, вот-вот из ножен с шипением прянут кинжалы, и рванутся навстречу друг другу, и запоет сталь в последней для одного из нас пляске – но вот Ллариус слишком низко опустил бровь, я слишком зверски скривил рот, Ллариус прыснул, я сопротивлялся еще секунду, но глаза выдавали меня с головой – и вот мы уже смеялись, смеялись до слез, хлопая ладонями по столу, всхлипывая и утираясь. Ллариус побрел доставать из угла миску, я вернул на место его клинок, мы переждали еще один взрыв хохота и допили то, что оставалось в кружках. Ллариус разлил остатки из бутылки.
— Ладно, будут тебе засады. Идея неплохая. Но раз уж твоя – вот ты и контролируй. Завтра займись, хорошо?
— Разумеется, — я заглянул в свою кружку, задумчиво дожевал остатки скаттла и выпил еще, — а парень этот – личность наверняка забавная. Даст бог, завтра познакомимся.
— А уж как он обрадуется! – Ллариус допил и поднялся, давая понять, что намерен завалиться на боковую, — желаю спокойной ночи. До завтра.

Я поднялся в свою комнату. Над башнями форта легиона Лунной Бабочки тяжело нависала Вторая луна, заливая пустой двор красноватым светом – светом творцов и безумцев. Засыпая, я сжал в кулаке лежащий под подушкой платок и подумал: «Тристания… Ну почему здесь мы не вместе…». Незнакомый мне данмер, доставая из кармана сверток с лунным сахаром, неторопливо прошел от входной двери к окну и скрылся за ним; я же не мог встать и только прошептал: «Беги, беги. Завтра я тебя изловлю!», потом вошел повар и принялся докладывать что-то долгое и заунывное, но тут в углу под потолком наши солдаты стали вить себе засаду, и я хотел было помочь, но вдруг понял, что уже сплю.

Читать продолжение

4 комментария

avatar
Замечательно!
avatar
Отлично. Просто затянуло. Сколько еще глав осталось?
avatar
Вчера не было обещанной главы, заждалась.
Видно, что талантливый человек, знает о чем пишет. Читаю с большим удовольствием.
avatar
Да уж, автор явно не просто любитель и знает свое дело. Далеко не каждый может так написать. Он сделал казалось бы невозможное. Воссоздал атмосферу Морровинда в рассказе. Даже какую то ностальгию навевает)

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.