Идеальная смерть (Главы 4-5)

Читать главы 1-3

Пролог к главе IV



Последнее воспоминание заставило его содрогнуться. «Это неправда!» — пытался закричать он, но крика не последовало. Призрачные силуэты прошлого исчезали, уходили лёгкой дымкой в небытие, забирая с собой частицы души чёрного воина. Смерть его наступила мгновенно.

Глава IV



Гэнор мрачно смотрел на безумную вакханалию рыжего пламени в камине. Огонь мгновенно пожирал чёрные буквы на сером пергаменте. Вот уже четвёртая записка, найденная на последнем теле Онрала, вспыхнула, обращаясь в пепельную труху.
Медленно, словно выговаривая очередное заклинание, Руниус вновь и вновь повторял содержание горевшего сообщения:
«Ты ищешь меня,
Ты требуешь имя.
Спроси себя: «Кто я».
Услышишь ответ:
«Я имя не помню,
Я – стёртое время,
Забытое тысячу,
Тысячу лет».
Гэнор медленно поднялся с высокого кресла, взял несколько поленьев и бросил их в ненасытное пламя. Огонь весело вспыхнул, треща в такт безумному посланию:

«Быть может мгновенье,
Нас разделяет,
А может и люди, другие миры.
Душа твоя в страхе,
От всех убегает
И прячется здесь,
В мире правды и лжи».
Руниус размышлял.
Он не видел своего брата уже очень давно, с тех пор, как Онрал выбрал путь служения королю. Гэнор изо всех сил старался не выпускать из виду своего брата, но затерялся в борьбе с сильнейшими мира сего. Далее были гонения, охота за ним, смерть отца, предательство друга. Ведь именно Мэлон выдал их местонахождение. И снова эта боль…Боль утраты и предательства…. Руниус стиснул зубы, чтобы не закричать. Нет. Не сейчас…Потом, но не сейчас…
Гэнор собрался с мыслями, возвращаясь к воспоминаниям.
И снова бег от себя, от других…Отшельничество…Долгожданная встреча с братом…с мертвым братом…
Только сейчас, сидя здесь, напротив укрощенной огненной стихии, маг начинал понимать, что совсем не знал Онрала. Кем же ты был, мой брат? О чём мечтал, к чему стремился?
Гэнор почувствовал сильную душевную усталость. Он на мгновение закрыл глаза и представил смерть своего брата. Вот тот идёт к ветхому домику, не зная о том, что скоро будет убит, вот он приближается к тому, кто спустя мгновение оборвёт ему жизнь. Скорей всего, брат был знаком со своим убийцей. Может быть, даже доверял ему, раз подпустил его так близко.
Онрала предали!..
В этом маг уже нисколько не сомневался.
Гэнор попытался представить то, что происходило дальше с его братом.
Наверное, до совершения преступления убийца и жертва долго говорили о чём-то. Но они не спорили. Гэнор вспомнил удивление, застывшее в тёмных глазах брата. Что-то застало чёрного воина врасплох, не дав ему даже закричать. Может быть, это было какое-то неизвестное заклинание, а может, и опасный артефакт. Убийца стоял над ним некоторое время, наблюдая, как дух жертвы покидает своё тело. Об этом говорили руки Онрала, бережно сложенные на груди, записка, зажатая в окоченевших пальцах…Неужели убийца был так сентиментален? А может, так он бросал вызов ему, Гэнору Странному?!
Глаза Руниуса на миг полыхнули яростью. Душа требовала мести, расправы, унижения соперника. Убийца его брата должен ответить за всё.
Но это будет позже, а сейчас нужно собраться с мыслями.
И слова послания вновь прервали мёртвую тишину:
«Но истина вечна,
Её не обманешь
И долго скрываться
Не сможет никто.
Мы встретимся там,
Где, всё начиналось,
Где теням иллюзий
Уйти суждено». Лицо старого мага было похоже на маску.
Внезапно взгляд его уткнулся на маленький прямоугольник бумаги, лежащий у подножия серых камней камина. Гэнор вздрогнул. Все четыре записки, найденные у тел его брата, покоились кучкой пепла внутри рыжего пламени.
Мысль забилась в тревоге, а руки уже разворачивали сообщение:
«Я ожидаю тебя в своих покоях. Время встречи со своими воспоминаниями неизбежно. Я убил твоего брата.
Лэнни Гозиус, Глава Королевских магов».
«О, Гозиус!..» — Гэнор злорадно усмехнулся, глядя, как рыжие языки пламени беспокойно колеблются на чёрных углях в камине. Мгновение, и огненная стихия бушует, ожидая приказа своего господина. Мгновение, и она покорна в пальцах старого мага.
Он ушёл, забыв залить огонь в камине.
И одинокие языки пламени тщетно искали своё отражение в зеркале на противоположной стене…

Глава V,
не требующая пролога


— Я вправе! – прошептал он, усыпляя стражников, стоящих у входа в поместье Лэнни Гозиуса. – Я вправе! – королевские волшебники мирно дремали на своих постах. – Я вправе! – и хранители личных покоев Главы гильдии магов лежали у ног нежданного гостя.
Гэнор шёл убивать…убивать того, кто виновен в смерти его брата. Того, кто стоял, наблюдая, как душа покидает тело жертвы.
Руниус со злостью толкнул дверь, отделяющую его от соперника.
«Никто не спасёт тебя! Ни эта дверь, ни твои прихвостни! – пульсировала мысль в голове.
Гозиус был уже рядом. Он лежал на широкой кровати, украшенной позолотой Взгляд Лэнни был направлен куда-то вверх.
Гэнор приблизился. На теле старого мага не было ни одного защитного заклинания. Но Руниус и не собирался защищаться. Он шёл, чтобы отомстить
Гозиус медленно повернул голову в его сторону.
— Она ждёт тебя! – Лэнни слабо улыбнулся, глядя куда-то сквозь Гэнора.
Старый маг резко обернулся и увидел перед собой…Гозиуса…
Гэнор с трудом сохранил спокойствие на своём лице.
— Я убью вас обоих! – сквозь зубы процедил он, готовя заклинание Огненной сферы.
Гозиус, стоявший напротив него, отрицательно покачал головой.
— Не думаю! – тихо произнёс он. – Не здесь.
Время словно остановилось…
Огненная стихия застыла на пальцах старого мага, готовая в любое мгновение сорваться в неподвижную атмосферу. Тело налилось свинцом, вышло из-под контроля. Он не мог пошевелиться.
— Ты не Гозиус. – еле ворочая языком, прохрипел Гэнор.
— Правильно. – Кивнул в ответ тот, кто стоял напротив. – И я убил твоего брата.
Лже-Гозиус подошел к изголовью кровати и взглянул на лежащего в ней человека.
— Твой создатель ушел. Ты стал не нужен! – прошептал ненастоящий глава королевских магов, — И ты должен уйти!
Лэнни слабо кивнул в ответ и закрыл глаза. Теперь уже не один лекарь не смог бы вернуть его.
— Нам пора! Я долго ждал тебя, Гэнор! – Лже-Гозиус повернулся к парализованному магу. – Ты, верно, уже устал так стоять? – весело подмигнул он. – Не волнуйся, скоро всё закончится. – И улыбка исчезла с его лица. – «Мы встретимся там, где всё начиналось»…- процитировал Лже-Гозиус. – А сейчас мне нужно идти.
Он исчез, растворившись в воздухе.
Комната начинала меняться. Окружающие предметы теряли свои очертания, расплываясь в звенящей тишине. Яркие краски тускнели под действием какого-то заклинания.
Гэнор попытался сосредоточиться на своём теле. Как глупо было стоять, скованным магией Парализации, известной даже рядовому магу. Руниус представил, как сейчас злорадствует его оппонент, демонстрируя всему миру победу над самим Гэнором Странным. Да что над Гэнором?! Над всей семьёй Руниусов!..
Гэнор даже не мог закричать от бессилия…
Магия не хотела подчиняться ему, застыв на неподвижных устах …
Он мог только смотреть и наблюдать.
Комната вокруг продолжала меняться.
Вот уже мёртвый Гозиус слился в единое целое с его ложе…Вот резная кровать стала неотличимой от когда-то нежно лазоревых стен. Всё в этой комнате превращалось в какое-то серое безумие, и только зеркало слева от пленника не изменилось…

***
Весёлый треск пламени нежно ласкал слух, призывая сознание к пробуждению.
Гэнор нехотя открыл глаза. Всё тело болело так, что просто хотелось выть. Это сказывались последствия действия парализации. Руниус осторожно поднял голову с высокой спинки мягкого кресла и огляделся. Огонь в камине, знакомые стены – всё говорило о том, что он находился в своём доме.
«Неужели, это был сон?» — мелькнула мысль, но ноющее тело говорило об обратном. Он был там, в покоях Гозиуса, видел своего врага…Всё это происходило с ним наяву.
Гэнор встал, приблизился к горящему пламени, вытянул руки над камином, ловя каждой клеточкой своего тела драгоценное тепло. Мысли закружились в привычном ритме. Боль уходила в небытие.
Старый маг благодарно глядел на озорной танец рыжей стихии. Крученные жёлтые, пурпурные бабочки взмахивали своими жаркими крыльями, стремясь оторваться от чёрного пепла и взмыть куда-то ввысь, но холодный камин крепко держал их в своей власти. И, словно смирившись со своей судьбой, они покорно сгорали и падали к своим укрощённым собратьям, обращаясь в тёмную пыль.
Старый маг неторопливо подошёл к лакированному столику, стоявшему возле большого зеркала, открыл искусно замаскированный ящичек и достал бутыль с тёмно-красной жидкостью, на которой был приклеен небольшой кусочек бумаги «Онралу от брата в День Рождения». Этому вину уже не суждено было стать праздничным подарком. Гэнор горестно вздохнул и пригубил немного из горлышка.
В зеркале на него смотрело его отражение с бутылкой в руках.
Нужно было собраться…Не давать волю мыслям…
Он ещё раз опрокинул бутыль…
Вдруг что-то привлекло его внимание в зеркальном отражении.
Гэнор осторожно поставил стеклянную бутылку на стол и сделал небольшой шаг вправо, чтобы освободить пространство перед зеркалом.
Блестящая поверхность безучастно отразила морщинистое лицо мага, правый подлокотник высокого кресла и камин…в котором не горело пламя.
Руниус в удивлении потёр глаза, закрыл их на мгновение, затем снова открыл…Пламя в отражении так и не появилось.
«Этого не может быть! — Гэнор резко повернулся к камину, где жёлтые, пурпурные бабочки огненной стихии продолжали рваться ввысь и падать в чёрную бездну пепла. – Не может быть!» — повторял маг как заведённый, проводя пальцами по блестящей поверхности зеркала.
Прошло несколько минут.
«Какой же я старый дурак! — внезапно вскрикнул Гэнор, и его отражение исказилось в усмешке. – Дурак! – в голове Руниуса прокручивалось одно и тоже событие…Вот он стоит парализованный в покоях Гозиуса, наблюдая, как убийца Онрала что-то шепчет своей новой жертве…Вот его оппонент, бросает Гэнору несколько фраз и исчезает в воздухе…Вот начинает меняться комната, превращаясь в сплошное серое пятно…И только зеркало в покоях Гозиуса сохраняет свои прежние очертания.
Гэнор дико захохотал, представив, как торжествует его оппонент, находясь за этим отражением, как следит за малейшими действиями старого мага.
«За тебя!» — сказал Руниус кому-то, кто был по ту сторону зеркала, и сделал глоток красного вина.
Гэнор понимал, что бесполезно предпринимать какие-либо действия. За ним следили и уже, наверное, очень давно.
«Ты – не зеркало, — чуть слышно произнёс маг, – я знаю, не зеркало!»
Руниус уже не удивлялся резной ручке, внезапно появившейся на гладкой поверхности. Не удивился он и когда нашёл маленький клочок бумаги на полу у основания этой, искусно замаскированной двери.
Гэнору не нужно было разворачивать записку, он и так догадывался о её содержании.
«Мы встретимся там, где всё начиналось!» — Руниус повернул дверную ручку с затейливым орнаментом, улыбнулся в последний раз своему отражению…и вошёл…

Пронизывающий холод зеркал ударил в лицо, заставляя мага ускорить шаг. Спустя мгновение он уже не шёл, а бежал по длинному зеркальному коридору. Блестящие поверхности безучастно смотрели на него со всех сторон, отражая в себе его силуэт. Казалось, не один, а тысячи Гэноров пытались согреться в движении.
— Где ты? – Гэнор задыхался от бега. Если бы не магия, то, верно, он бы валился от усталости. Всё же годы берут своё. – Я хочу знать имя убийцы моего брата! – крикнул Руниус.
— Брата…брата…брата…- вторило ему эхо зеркал.
— Кто ты?
— Ты…ты… ты…- в унисон пели отражения старого мага.
— Я знаю, ты здесь!
— Здесь…здесь…здесь…- не успокаивались зеркала.
— Прекрати! – терпению Гэнора пришёл конец. – Я хочу видеть тебя.
Ответом ему было молчание. Зеркала, словно повинуясь его приказу, больше не издавали ни звука.
Лишь холод и желание мести двигало им.
Я знаю, ты рядом…следишь за мной…ждёшь…
Коридор внезапно закончился, и Гэнор снова уткнулся в зеркала…Нет, не в зеркала, а в один большой монолит, холодно глядевший на него своей отполированной поверхностью. Внутри прозрачного стекла виднелась огромная зала, тоже сплошь покрытая зеркалами. Посреди этой залы спинкой к наблюдателю стояло высокое кресло цвета слоновой кости, в котором кто-то сидел, сложа руки на подлокотники.
-Здравствуй, Глеб! – странно было слышать женский голос в этой неподвижной тишине. Зеркало-дверь раскололось на две створки, приглашая слегка опешившего от неожиданности мага войти внутрь.
— Кто ты? Я имею право знать имя своего врага. – Холодно проговорил старый маг.
— Я ждала тебя, – с лёгким укором в голосе произнесла собеседница, игнорируя вопрос Гэнора, – я жду тебя до сих пор. – Она поднялась, обошла кресло и встала напротив мага. – А ты так обращаешься ко мне.
— Кто ты? – настойчиво повторил Гэнор, уже догадываясь, что так и не получит ответа на свой вопрос.
— Ты не помнишь меня… — задумчиво протянула незнакомка, но внезапно улыбнулась. – Ну, конечно, ты слишком долго пробыл здесь и успел стать частью своего выдуманного мира. И этот мир держит тебя, не хочет отпускать.
— Не понимаю. – Нахмурился Гэнор, пытаясь держаться подальше от зеркал, которые внезапно начали светиться.
— Доверься мне! – Улыбка не сходила с лица его собеседницы. – И я помогу тебе.
— Как «помогла» моему брату? – зло съязвил Гэнор.
— Да. – В голосе женщины не было и малейшего намёка на иронию.
— Ты убила его! – старый маг перешёл на крик, чувствуя, как гнев захлёстывает его с головой.
— Я открыла ему правду, вернула к жизни. А что же сделал ты, Глеб Рунин?
— Я не Глеб! – отрезал Гэнор. – И я любил своего брата, оберегал его.
— Неужели, ты веришь в это? – она взглянула в глаза старого мага. И он понял, что не верит. Странное ощущение просыпалось в нём.
— Что это за магия? – прохрипел Руниус Старший, чувствуя как земля уходит из под его ног.
— Магия? – удивленно переспросила женщина, так искренне, что старому магу вдруг очень захотелось поверить ей. «Нельзя!» — мысленно оборвал себя он.
– Я не владею ей. Это лишь моё воображение, моя территория, мои правила. Я тоже могу создавать миры, Глеб.
— Перестань так меня называть! – Гэнор попытался собраться. Эти зеркала давили на него, мешая сконцентрироваться.
— Но, Глеб – твоё настоящее имя. – Возразила собеседница.
Старый маг сполз на зеркальный пол и краем глаза заметил, что его отражение, охваченное голубоватым свечением, подмигнуло ему.
«Это мираж! – попытался успокоить себя Гэнор, стараясь воззвать своему рассудку, но тот молчал. – Её проклятая магия!»
— Нет! – прохрипел вслух маг. – Я – Гэнор Странный Руниус.
— Ты слишком долго пробыл в своём выдуманном мире. Пора проснуться, Глеб! – незнакомка сделала едва заметное движение, и зеркала потухли. Лишь на мгновение, а далее…
Гэнору начало казаться, что мир сошел с ума.
Тысячи зеркал ожили. Тысячи воспоминаний отразились в них.
«Это неправда! Неправда!» — хотел закричать Гэнор, разбить это чёртово стекло…
Тёмно-серая полоса асфальта уходила вдаль и исчезала где-то за поворотом. Машина привычно подскакивала на ухабах и колдобинах.
— Я не хотел, Глеб! – речь брата была взволнована, сбивчива.
— Ты что-то сказал? – Рунин Старший неохотно выплыл из мира грёз, где он с Леной и маленькой дочкой гуляли по знаменитому американскому Диснейлэнду. «Всё таки здорово я придумал!» — довольно отметил про себя Глеб.
— Он сказал, что я – неудачник и ни на что не годен. Я – ничтожество. Понимаешь, я – ничтожество!
Глеб устало вздохнул и украдкой взглянул на своего брата. Тот вечно ссорился с отцом и жаловался, что отец его не ценит. И вот опять конфликт – вечный конфликт отцов и детей. Папа хотел, чтобы младший сын получил образование, остепенился, в конце концов. Но у Олега были другие планы.
— И я…я не выдержал и ударил его.
— Да после такого папа точно лишит тебя наследства, – попытался отшутиться Глеб, про себя понимая, кому придётся вновь исполнять роль кота Леопольда из одного известного мультика.
— Не лишит, – тихо поправил его Олег, – он мёртв.
Глеб резко повернулся к брату.
— Что ты ска…вот чёрт!
Машина вылетела на обочину и понеслась вниз по зелёному склону.
Глеб крепко выругался и попытался вывернуть руль, чтобы не врезаться в берёзу, в ту, что в своих стихах воспевали многие русские поэты, но машина не слушалась.
Сильный толчок, резкая боль и падение в приятную темноту.

Гэнор Руниус уснул навсегда.

***
Глеб открыл глаза и тут же пожалел об этом. Солнечный свет больно ударил по ним. Глеб зажмурился.
— Папа проснулся! – радостно выпалил детский голос над его ухом. – Мама!
Дверь тихо приоткрылась.
— Что Лия? – устало выдохнул кто-то. Вернее, выдохнула: голос принадлежал женщине.
— Мама, папа проснулся! – радостно защебетала в ответ девочка.
— Где я? – решил внести в разговор свою лепту Глеб.
На мгновение воцарилась тишина, затем послышались лёгкие шаги, и Глеб увидел склонившееся над ним лицо женщины — той, что видел в своём странном сне.
— Лена? – протянул он, словно пробуя на вкус каждый звук её имени.
Она ничего не ответила, жадно ловя взглядом каждую чёрточку его лица.
— Любимая!
Женщина внезапно разрыдалась, прижалась к его груди.
— Глеб, мы так боялись за тебя и Олега…врачи сказали…они сказали, что…- её речь прерывалась рыданиями, — что ничего не могут сделать, потому что ни ты, ни твой брат не хотите приходить в себя. И только Аня…Анна Васильевна пообещала вывести вас из комы.
— Тише, тише! – Глеб нежно погладил её по голове, такую любимую, родную, и прошептал. – Всё будет хорошо, ведь мы вместе.

Перенесено с форумов MTES, автор: Annatarven

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.